Кто сегодня говорит от имени Европы?

Джаред Кушнер, зять президента США Дональда Трампа и его специальный представитель на переговорах по Украине, после двухдневных переговоров в Абу-Даби заявил европейцам, что найти одного человека, который мог бы говорить от их имени, было бы большим достижением, чем убедить россиян допустить их за стол переговоров. В переговорах 10 и 11 ноября участвовали делегации Украины, России и Соединённых Штатов. Кушнер произнёс эти слова во второй день встреч, готовясь вместе со Стивом Уиткоффом к очередной поездке в Москву. Там, по его словам, они намеревались попросить у Путина "благословения" на участие Европы в следующем раунде переговоров. Когда американский посредник спрашивает российского президента, могут ли европейцы обсуждать вопросы собственной безопасности, европейская дипломатия сталкивается с проблемой гораздо более серьёзной, чем отсутствие единого телефонного номера.

Ответ на замечание Кушнера существует. Кая Каллас является верховным представителем Европейского союза по иностранным делам и политике безопасности. Её предупреждения относительно России оказались точными, а решения, принятые ею на посту премьер-министра Эстонии, придали её словам особый вес. Сегодня она готова оспаривать ошибочные предположения Вашингтона. Пока европейские политики договариваются о том, кто должен сидеть за столом переговоров, она говорит о том, что вообще допустимо обсуждать за этим столом.

Кушнер и Уиткофф большую часть своей деловой карьеры провели в сфере недвижимости. Такой опыт может пригодиться на переговорах об инвестициях и восстановлении разрушенных городов. Однако он не даёт права рассматривать украинскую территорию как земельный участок, который можно уступить ради заключения сделки. В их выступлениях прослеживается убеждение, что Путина можно удовлетворить достаточно изобретательным предложением, тогда как Зеленский должен проявить больше понимания требований Москвы. Когда желания агрессора представляются в качестве законной отправной точки переговоров, сопротивление подвергшейся нападению страны легко превращается в препятствие на пути к миру.

В марте 2025 года в беседе с Такером Карлсоном Уиткофф заявил, что не считает Путина плохим человеком, охарактеризовал его как исключительно умного и с воодушевлением рассказывал о том, как российский президент заказал портрет Дональда Трампа и якобы молился за него после покушения. Он также утверждал, что совершенно уверен в том, что Россия не нападёт на Европу. Пока Уиткофф делился впечатлениями о любезности Путина, российские бомбы падали на украинские города.

14 января этого года Трамп пошёл ещё дальше в интервью агентству Reuters. На вопрос о том, кто препятствует заключению мирного соглашения, он ответил одним словом: "Зеленский". Он добавил, что Путин готов к договорённостям, тогда как Украина демонстрирует меньшую готовность. В то же время американские переговорщики оказывали давление на Киев, требуя отказаться от Донбасса. Таким образом, президент страны, возглавляющей посреднические усилия, возложил ответственность за отсутствие мира на президента государства, подвергшегося нападению. Россия требовала территорию, которую её армия не смогла захватить даже после пяти лет войны.

Трамп время от времени осуждал российские бомбардировки, однако конкретные политические требования последовательно адресовал Киеву. 10 октября он даже призвал украинцев избрать нового президента, более готового заключить соглашение с Москвой. Он не требовал от россиян сменить Путина — человека, отдавшего приказ о вторжении в суверенное государство. В тот же день российский удар по Запорожью унёс жизнь шестилетней девочки. Её дедушка, стоя над телом внучки, рассказал журналистам, что в конце месяца она должна была праздновать день рождения. На следующий день Зеленский ответил, что организует выборы, если Путин согласится на шестидесятидневное прекращение огня. Трамп даже не попытался выдвинуть такое требование Путину. Если рассматривать все эти события в совокупности, трудно говорить о беспристрастном американском посредничестве.

Кая Каллас предупредила об этой опасности ещё до того, как российские танки двинулись на Киев. Выступая в парламенте Эстонии 19 января 2022 года, за 36 дней до полномасштабного российского вторжения в Украину, она описала три правила советской дипломатии, которые приписывала Андрею Громыко: требуй того, что никогда тебе не принадлежало; выдвигай ультиматумы, поскольку на Западе всегда найдётся кто-то, готовый к переговорам; а когда другая сторона предлагает уступку, требуй ещё большего. Тогда Каллас объяснила, что именно таким образом Москва пытается добиться нового раздела Европы на сферы влияния. Сегодня её предупреждение звучит как протокол переговоров в Абу-Даби.

Двумя днями ранее, 17 января 2022 года, она назвала российские предложения ловушкой, а шантаж — шантажом. В то время, когда в западных столицах ещё спорили о том, блефует ли Путин, она открыто предсказывала расширение агрессии против Украины. В парламенте она связала войну в Грузии в 2008 году, оккупацию Крыма в 2014 году, боевые действия на Донбассе и российские гибридные операции против европейских демократий. Она также подчеркнула, что НАТО никому не угрожает, а потому любые отступления перед российскими ультиматумами лишь вознаграждают государство, которое само создало этот кризис.

Её правительство начало обеспечивать Украину оружием ещё до 24 февраля. Эстония передала противотанковые ракеты Javelin, а после вторжения Каллас потребовала ужесточения санкций, увеличения поставок боеприпасов и укрепления обороны восточного фланга НАТО. В апреле 2022 года в Берлине она призвала Европу перестать бояться собственных решений. Обращаясь к немецким хозяевам, она заявила, что рост цен на газ не должен делать свободу Украины менее значимой. Многие европейские правительства пришли к этому выводу лишь после того, как заплатили цену энергетической зависимости от Москвы.

В мае 2023 года на Саммите за демократию в Копенгагене Каллас заявила, что свободный мир обменивал принципы на деньги, а правду — на газ. Она потребовала привлечения к ответственности российского политического руководства и предупредила, что временная остановка агрессии без изменения поведения России лишь откладывает следующую войну. Тремя месяцами ранее, выступая в Мюнхене, она потребовала создания специального трибунала по преступлению агрессии, чтобы Путин и его соратники не остались вне досягаемости международного правосудия. Тем самым она открыто поставила под сомнение расчёты тех, кто надеялся на возвращение к ведению бизнеса с Россией.

Каллас знает о российской оккупации из истории собственной семьи. Её матери было шесть месяцев, когда в 1949 году её вместе с семьёй депортировали в Сибирь. Эстония знает, как выглядит мир, который оккупант провозглашает после подавления сопротивления. В феврале 2024 года российские власти объявили тогдашнего премьер-министра Эстонии в розыск из-за демонтажа советских памятников. Таким образом Москва продемонстрировала, насколько её раздражает политик, отказывающийся принимать российскую трактовку истории.

Эта последовательность не ограничилась заявлениями. В 2024 году Каллас предложила странам, оказывающим помощь Украине, ежегодно выделять на военную поддержку не менее четверти процента своего ВВП. Эстония приняла на себя такое обязательство на следующие четыре года. В том же году в Варшаве она напомнила, что Россия рассчитывает на результаты выборов в Европе и Америке, а также на усталость западных обществ. Её ответом стало требование предоставить Украине ресурсы для победы и одновременно укреплять собственную оборону Европы. Это политика, которую можно проверить по бюджетным ассигнованиям и поставкам, в отличие от громких заявлений о мире, заканчивающихся очередной фотографией с Путиным.

Именно поэтому в начале ноября Каллас резко отреагировала на идею о том, что посланники Трампа могли бы вести переговоры с Москвой о "новой архитектуре европейской безопасности". НАТО, Европейский союз и существующие международные соглашения уже определяют основы европейской безопасности. Россия нарушила взятые на себя обязательства, в том числе обязательства уважать независимость и границы Украины, закреплённые в Будапештском меморандуме 1994 года. Новые переговоры о российских требованиях в сфере безопасности в условиях, когда российская армия удерживает украинскую территорию, создают именно ту ловушку, которую Каллас описала в январе 2022 года.

6 ноября в Варшаве она отвергла возможность юридического признания оккупированных украинских территорий, ограничения численности украинской армии и предоставления России права решать, в какие союзы может вступать Украина. Она потребовала возвращения депортированных детей, привлечения виновных к ответственности за военные преступления, возмещения ущерба и прекращения российских диверсий в Европе. В тот же день министр иностранных дел Украины Андрей Сибига поблагодарил её за твёрдый голос Европы, который она представляет. Каллас настаивала на вопросе, которого Москва избегает: что именно Россия должна будет сделать и от чего отказаться, чтобы доказать, что больше не нападёт?

Целое поколение украинских детей растёт под звуки воздушных сирен, зная, где находится ближайшее укрытие. Каждый, кто требует от их родителей принять российскую оккупацию как цену мира, обязан объяснить, каким образом эта оккупация защитит детей от следующего нападения.

Три дня спустя в Париже она заявила агентству Reuters, что Москва лишь имитирует переговоры, продолжая бомбить Киев и мирное население. Когда за столом переговоров в Абу-Даби начали обсуждать более широкие гарантии безопасности, она напомнила, что Путин не имеет права вето на вопросы европейской безопасности. 11 ноября в интервью телеканалу France 24 она дополнительно обозначила пределы американского посредничества. Решение об отмене европейских санкций и распоряжении замороженными российскими активами принимает Европа. Вашингтон может сколько угодно вести переговоры с Путиным, однако он не уполномочен от имени Европейского союза давать обещания по вопросам, решение которых находится в компетенции его институтов и государств-членов.

После переговоров в Абу-Даби было объявлено о подготовке нового масштабного соглашения об обмене военнопленными. Для их семей это важная новость. Однако никакого публично подтверждённого прорыва по территориальным вопросам, прекращению огня или заключению окончательного мирного соглашения достигнуто не было. 12 ноября Кушнер и Уиткофф вновь прибыли в Москву, а российская дипломатия практически одновременно предложила провести переговоры о заключении отдельных пактов о ненападении с государствами НАТО. Трудно не заметить последовательность этих шагов. Россия пытается превратить развязанную ею самою войну в переговоры о правилах, по которым в дальнейшем будет обеспечивать свою безопасность вся Европа.

Европейские государства, которые годами оказывают Украине финансовую и военную помощь, не могут зависеть от доброй воли человека, открыто называющего их врагами. Путин должен нести ответственность за агрессию против Украины, а не решать, кто вправе участвовать в переговорах о безопасности Европы.

В Европейском союзе есть политики, которые понимают эту опасность. Польша, страны Северной Европы и Балтии годами предупреждают о намерениях России. Франция, Германия, Великобритания и европейские институты направляют значительные средства на оборону Украины. Их лидеры, безусловно, высказывают свою позицию. Тем не менее Европа по-прежнему звучит неуверенно, когда необходимо сформулировать единый ответ Вашингтону. Одни хотят назначить специального представителя, другие рассчитывают на собственные каналы связи с Белым домом, а третьи опасаются, что более жёсткая риторика поставит под угрозу то, что они называют мирным процессом. Ироничное замечание Кушнера попало именно в эту слабую точку.

Кая Каллас не может самостоятельно вводить санкции, выделять средства или подписывать мирное соглашение от имени 27 правительств. Её обязанность — защищать общие принципы и предупреждать о ситуациях, когда переговоры создают угрозу европейской безопасности. Этим мандатом она пользуется именно так, как и должен пользоваться дипломат, ответственный перед европейскими гражданами, а не перед настроениями в Кремле.

Кушнер искал человека, способного говорить от имени Европы. Ответ он мог услышать в Варшаве или Париже, а мог бы просто прочитать выступление премьер-министра Эстонии в январе 2022 года. В нём заранее были описаны российская тактика и цена западных уступок. С тех пор Кая Каллас отвергает любые сценарии, при которых Украина должна платить за мир собственной территорией, Россия избегает ответственности за агрессию, а Европа доверяет свою безопасность обещаниям Путина. Путин попытался стереть Украину с карты Европы. Было бы непростительно, если бы европейские правительства теперь позволили ему перекраивать карту безопасности всего континента.